Хиджаб. Школа. Для девочек.

Гордость, уважение, социальный статус. Каждая девушка знает с малых лет, каждая девочка мечтает быстрее повзрослеть и выскочить из ярких сарафанов на зависть младшим сестрам. Каждая женщина дорожит и гордится своим исключительным правом на ношение хиджаба.

_MG_7218=.jpg

ASHURA-E-MUHARRAM

Read more...Collapse )
В дни траура в шиитских кварталах под огромными черными знаменами проходят шествия скорби. Плач, крики, кровавое самобичевание и бесконечные молитвенные песнопения не останавливаются ни днем ни ночью. Невозможно принять хотя бы малую толику всех страданий за наших погибших братьев, но шииты не страшатся боли. Разве может боль от собственных кулаков пронзать острее кинжала мусульманина, идущего на братоубийство? Разве кованые цепи тяжелее мучений и пыток бессмысленной войны со своими братьями? Веками их отцы и деды помнили и несли эту боль в себе, шли этими улочками, испытывали силу своей веры, устремляясь навстречу остро заточенным кинжалам, направляемым собственными руками. Если только возможно принять на себя боль погибших братьев! Да простит нас Всевышний: свой позор братоубийства мы будем смывать собственной кровью!

SHAH, HUSAYN!

Текст написан под впечатлением процессии 2006 г.
Далее заметка уже по итогам шествия 30.01 этого года.

много тяжелых картинок и заумного текстаCollapse )
01_MG_6939.jpg 09_MG_6958.jpg 10_MG_6700.jpg 16_MG_6750.jpg 18_MG_6780.jpg
20_MG_6857.jpg 24_MG_6874.jpg 25_MG_6876.jpg 32_MG_6914.jpg 34_MG_6916.jpg
36_MG_6840.jpg 39_MG_7010.jpg 44_MG_7044.jpg 46_MG_7043.jpg 49_MG_7063.jpg

Read more...Collapse )

Islamabad - Rawalpindi - Raja Bazaar - Banni Chawk

KARAKORAM HIGHWAY, 7/8

Read more...Collapse )
Доблестные подчиненные бесстрашного майора Султан-Абдул Хамида неимоверными физическими усилиями задержали, фактически - обезвредили удирающий индийский вертолет-шпион. Они на нем просто-напросто повисли всем коллективом, так что у коварных индусов не было никаких шансов. О чем и повествует данный монумент: младшим пример героизма и смекалки, врагам - наука. Слава Героям! Пакистан Зиндабад!


Read more...Collapse )
Gilgit - Bungi - Chilas

KARAKORAM HIGHWAY

Read more...Collapse ) Состояние потерянности во времени и пространстве покидает с трудом. Жизнь на фотографиях кажется уже совершено далекой, какой-то другой и просто нереальной... Фоторассказ о путешествии я решил выкладывать в обратном порядке – со дня возвращения. Ведь логика повествования там совершенно ни к чему, как и лишние комментарии... что, уверен, вы и сами очень скоро поймете.

KARAKORAM HIGHWAY, 8/8

День восьмой из восьми. Последний бросок домой, последние фотографии указателей со странными русскими транскрипциями, выполненными, по всей видимости, с отчетливым китайским акцентом, последний взгляд на Гору-Убийцу Nanga Parbat... 12 часов в пути, после Бешама ехали уже в темноте.
Read more...Collapse )

10
_MG_5361.jpg
Read more...Collapse )
Chilas - Dasu - Besham - Mansehra - Abbottabad - Haripur - Rawalpindi - Islamabad.
Tags:

КОДЕКС ЧЕСТИ ПУШТУН

Их неукротимая ненависть к государственной власти и любовь к личной независимости мешают им стать могущественной нацией; но именно эта стихийность и непостоянство поведения превращают их в опасных соседей, поддающихся влиянию минутных настроений и легко увлекаемых политическими интриганами, которые искусно возбуждают их страсти.

Энгельс Ф. "Афганистан".
Маркс К. Энгельс Ф. Собр.соч., т.14, изд. 2-е. – Москва. – 1959. – с.78
Read more...Collapse )

Read more...Collapse )
Islamabad - Peshawar - Khyber - Darra Adam Khel - Islamabad

БИСМИ-ЛЛЯХИ-Р-РАХМАНИ-Р-РАХИМ

Жизнь пробуждается с восходом солнца. Сквозь тихий шелест листвы зеленый город наполняется утренними переливами, расцветает трелями тропических птиц, звенит глухим треском запоздавших цикад. Древняя земля просыпается, отбрасывает последние остатки ночи. Издалека, будто звонкими раскатистыми волнами-распевами город оживает. Жизнь дышит новым днем.

– Алла́-у-А́кбар, Алла́-у-А́кбар...

Совсем, совсем близко на полный остаток своей хриплой мочи, отрешенно от всего земного, ежедневных забот и радостей, пота, крови и слез, обильно пропитавших пыль этой земли, безразличный к мольбам о прощении и милости, однообразными бесконечными монотонными десятилетиями доживающий свой век на все возможно доступные ему децибелы с высоты старого минарета, призывая к долгожданному наступлению нового дня, разрывается в отступающую темноту ночи старый кустарный китайский динамик... Пауза.

– ...Алла́-у-А́кбар, Алла́-у-А́кбар.

Со стороны гор различаются первые едва разгадываемые фигуры теней. Тени отступают медленным танцем в лучах далекого, но уже такого близкого, что ощущается вместе со зноем дыхания нового дня, солнца. Там далеко, где-то высоко среди гималайской гряды Margalla-Hills уже не спят. Nathia Gali, Murree, Daman-e-Koh уже преклоняют колени. Пробуждается Исламабад - сонный столичный пригород древнего Пинди.

– Ашẋаду ал-ля́ иля́ẋа илля-Лла́, [Я свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха]
– Ашẋаду ал-ля́ иля́ẋа илля-Лла.́

Снова и снова, один за одним, сначала постепенно, поочередно, и вот уже лавина бесчисленного множества голосов-динамиков то сливаются в резонансе, в один тысячеголосый хор, то так же резко и внезапно вдруг разлетаются в тишину трепета огней восходящего солнца. Какая-то секунда, и неистовая молитва новой жизни снова вдалеке, опять вблизи, и вдруг – по кругу.

– Ашẋаду анна Мух̣аммадан Расу́лю-Лла,́ [Я свидетельствую, что Мухаммад — посланник Аллаха]
– Ашẋаду анна Мух̣аммадан Расу́лю-Лла.́

Тот, что ближе всего к моему дому - не молодой, но крепкий знакомый голос разговаривает с городом - а значит и со мной, оборачивается направо:

– Х̣айя ‘аля с̣-с̣аля́х, [Идите на молитву]
– Х̣айя ‘аля с̣-с̣аля́х.

Воздух звенит, накаляется, муэдзин отточено и горячо исполняет тысячелетний ритуал Писания. Ещё один разворот - по левую сторону разлетаются священные слова:

– Х̣айя ‘аля ль-фаля́х, ̣[Ищите спасения]
– Х̣айя ‘аля ль-фаля́х.

Как-то уже просто я это знаю. Я достаточно долго тут живу, слова слетают сами, хоть я и не обязан. Так заведено и каждый, кто услышал вторит неспешно, город отвечает на одном дыхании: "Ля хауля ва-ля куввата илля би-Ллях" [Сила и могущество только у Аллаха], когда в ответ доносится:

– Ас̣-с̣аля́ту х̣айру мина-н-наўм, [Молитва лучше сна]
– Ас̣-с̣аля́ту х̣айру мина-н-наўм.

Этими словами черный раб и самый первый муэдзин Била́л ибн Раба́х аль-Хабаши́ (Ибн Хамама) будил ещё Пророка (Salljalahu Alejhi va Saljam) утренним азаном.

– Алла́-у-А́кбар, Алла́-у-А́кбар.

Горизонт блестит, воздух дышит зноем, отражениями дамасского клинка горы начинают свой дрожащий раскаленный танец.

– Алла́-у-А́кбар, Алла́-у-А́кбар.

Пауза... Сейчас надо прокричать в полный голос, изо всех возможных сил. Прокричать в наступление долгожданного нового дня.

– Ля́ иля́ẋа илля-Лла!

Тишина. Шелест листвы. Лучи солнца уже вонзаются огненными иглами в кожу. Город отвечает старику-динамику на минарете твердым шёпотом: "Аллахумма, Рабба хазихи-д-да’вати-т-таммати ва-с-саля-ти-ль-каима-ти, ати Мухаммадан аль-василята ва-ль-фадилята ва-б’ас-ху макаман махмудан аллязи ва’адта-ху, инна-кя ля тухлифу-ль-ми’ада" [О Аллах, Господь этого совершенного призыва и этой совершающейся молитвы, приведи Мухаммада к аль-Василе и к высокому положению и направь его к месту достохвальному, которое Ты обещал ему, поистине, Ты не нарушаешь обещания].

Удивительно, к чему тут сложно привыкнуть, что обязательно продолжаю замечать. Сначала с некоторым недоверием, просто любопытством. Но теперь уже давно и просто с таким живым обыкновенным интересом. С первыми лучами, первыми звуками через узкие тонкие жалюзи, первым дневным зноем, который вступает во власть тут  повсеместно, стремительно так, что бесполезно даже пытаться искать от него укрытия. С первыми лучами солнца как-то вдруг моментально исчезают все москиты.

***

На похоронах Пророка мусульмане плакали, когда Била́л завёл азан. Верный черный раб Пророка, свободный мусульманин не смог закончить, разрыдавшись у смертного одра самого дорогого человека когда-либо из живших на Земле. "Клянусь Аллахом я больше никогда не буду говорить азан".

Всего дважды после смерти Пророка братья слышали, как Била́л ибн Раба́х аль-Хабаши ещё раз возвещал азан. На могиле Пророка в Медине и при взятии Иерусалима мусульманами в 638 году.

***
***
зеркало 00: https://www.facebook.com/dimitribushik/posts/1030462797036823
зеркало 01: http://dimitri.livejournal.com/609.html

2006/09/22 - 2016/06/07